Пчеловодство выходного дня

Ответственный редактор Председатель Союза пчеловодов России А.Г.Бутов.

 

§119. Защита семей от сильного солнечного зноя и духоты

Летом во время сильной жары солнце иногда распаляет ульи и за­творы так, что трудно удержать на них руку; легко себе представить, какая должна быть в то время духота в середине улья. Тогда и соты раз­мякают до такой степени, что еле-еле держатся. В этих случаях пчелы вылазят наверх, чтобы уменьшить духоту внутри, забирают даже неза­печатанный мед из сотов и, вымазавшись им, выбираются на верх улья для уменьшения тяжести в сотах, чтобы последние не обрушились. Так пчелы бездействуют по целым дням во время наилучшего медос­бора, ибо все полны медом, не быв в состоянии вложить его в соты и лететь в поле за новою добычею. Во время большого медосбора силь­ная семья могла быв один день принести меда около ¼ ведра, а пчелы, лежа на улье, не принесут ничего. Если таким образом полежат они на­верху две недели, как случается не в одной пасеке, и если таких бездей­ствующих семей наберется сто или двести, прошу счесть — сколько пасечник потеряет меда потому, что пчелы ничего не сделают по пово­ду сильной духоты.

Кроме того, от сильной жары в улье иногда осунутся наилучшие семьи, чаще такие, у которых молодые соты и ранние рои, а через это зальется не в одной матка, и семья сведется ни на что или сильно ослабеет.

Для предупреждения подобных утрат пасечник должен с наступ­лением сильной жары отодвинуть ульи, если стоят под навесом, даль­ше в глубину под крышу, чтобы до них не доходило солнце. Если же крыша навеса слишком мелка, то надобно устроить другую защиту. Пасечники привыкли ставить под летки ульев широкие доски или луб вроде полости для пчел, и эти подставки защищают вместе и улей от солнечного зноя, и я нахожу, что это весьма разумное приспособление в пасеке. Где не трудно достать широкий луб, он очень был бы полезен. Чем тоньше стенки улья, тем сильнее он распаляется и тем заботливее надобно защищать его летом, но лучше всего устанавливать ульи так, чтобы солнце во время полуденного жара летом до них совсем не до­ставало.

Если дзержоновские ульи подложены, они не распаляются столько в стенках, сколько в затворах. Поэтому если лучи приходятся на затвор, то нужно или завесить его жидкою сеткою, или прикрыть обвязкою.

Понимается, что во время сильной жары ульи не должны быть за­крыты; напротив, если, несмотря на защиту, пчелы вылезают наверх, поотнимать совершенно затворы, как гнездовые, так и магазинные, но и открывать запасные летки и шпунт, чтобы по возможности в середину улья ввести прохладу*.

 

*Если в улье магазин порожний и пчелам нет недостатка в месте для склада меда, тогда вы­ход их наверх нимало не вредит.

 

В простых ульях, в стояках или лежаках должно поотворять затворы*, но так, чтобы солнечные лучи не падали прямо на соты и их не растопили, позакрывать их ветвями, матами, досками и т.п.

 

*Затвор — съемная боковая стенка улья. В настоящем им оборудуют иногда ульи при пави­льонном содержании пчел.

 

И пусть все будет так отворено в продолжение всего медосбора, но как только медосбор начинает прекращаться, то надо запереть все затворы, чтоб не явились хищники.

Прикрытие и охлаждение ульев вышеописанным способом умно­жит значительно мед в пасеке, и осенью всегда будет его в пасеке даже больше, чем тогда, когда пчелы лежали бы наверху, и, кроме того, не обо­рвете ни одного заноса.

Если бы, несмотря на все эти предосторожности, какая-нибудь се­мья оборвалась бы летом, что заметно сейчас по пчелам, которые не в обычное время вылезут на улей, — вы не вынимайте из него оборвав­шийся сот, ибо еще хуже испортите, а оставьте так до утра*.

 

*При обрыве сота следует оказать помощь семье как можно быстрее. Возбуждение пчел внутри улья еще больше повышает в нем температуру, что может привести к обрыву осталь­ных сотов и гибели семьи.

 

Во всяком случае, чтобы мед не вытекал из улья, налепите перед затвором боль­шой ком густой глины. На другой день, когда пчелы уже обмажутся, надкурите их кверху, и возьмете что лежит внизу. Если в дзержоновском улье оборвется сот из середины гнезда, то выньте порожний сноз, а на место его вдвиньте передние соты или заложите готовый пчелиный сот, хотя бы без меда.

Оборвавшиеся соты можно потом приладить внизу улья или на кантах при стенке, чтобы пчелы добрали мед, если еще у них нет своего заноса.

Если же в оборвавшемся соте оказался бы расплод, то помес­тить его тоже внизу улья, а пчелы высидят его, после чего сушь убе­рется.

На семью, в которой случился обрыв, обращайте особенное внима­ние: не потерял ли он при этом матки, — а это узнается по тому, что на расплоде немедленно заложатся маточники.

§120. Обновление сотов в старых семьях

Я уже говорил в теоретической части, что соты в улье очень хороши еще до пятого и шестого года*, хотя будут уже черные и твердые; поэтому нет надобности спешить с их обновлением и можно выжидать несколько лет благоприятной минуты.

 

*Оптимальный срок службы сотов, в которых выращивался расплод, 2 года. Старые соты способствуют сохранению и передаче возбудителей пчел на пасеке, рождению мел­ких пчел, в них часто кристаллизуется мед. На пасеках ежегодно следует обновлять не ме­нее ⅓ сотов.

 

Предостерегал я также от неразумного об­новления, когда пасечник выламывает соты каждую весну едва не до са­мой головы или вырезает на одну весну одну половину, а на будущую вес­ну остальную, и это калеченье не обновлением можно назвать, а, скорее, истреблением семьи.

Кто ведет роевое хозяйство, у того пасека обновляется сама собою, ибо старые семьи идут на убой, а молодые остаются на семена. Но мож­но, кроме того, возобновить старую семью и удержать ее подольше; для этого самая удобная пора — время ройки и производства роев искусст­венных. Делается это следующим образом.

Когда простая семья, которую желаете вы обновить, дошла уже до большой силы, выньте из нее заблаговременно, в половине июня, плод­ную матку и сделайте ссыпной рой или перегонный. Спустя 24 дня по удалении матки, не будет уже в старом улье нисколько расплода, даже трутневого; тогда выгоните из него всех пчел с маткою, вырежьте ста­рые соты и мед, оставляя, впрочем, в голове сотов на 2½ – 3 верш­ка (11—13 см), ибо в самой голове меньше бывает личинок, и потому и соты не так скоро старятся, как в гнезде: эти короткие сотики удобно могут остаться, а тем лучше, если будут с медом. Вырезав из улья старые соты, впустите в него назад его пчел вместе с маткою, чтобы они, подоб­но рою, обрабатывались наново, и они обрабатываются тем вернее, что и меда вы оставили ему не много, и у него впереди еще две недели ме­досбора. Точно так же вы поступите и со старой семьей, которую сама заранее отроится. В этом случае подождите другую, и когда ее выпусти­те, поставьте рой на месте старого, а его подвиньте на сторону, чтобы не роился. Через 24 дня по выходе первака, в нем уже не будет расплода, и поэтому вырежьте из него старые соты, и пусть себе обрабатывается на­ново. Таким образом, вы обновите каждый стояк, не портя его, напро­тив, умножите себе пасеку и не будете иметь надобности калечить семьи каждую весну.

Так как из простых лежаков трудно вынуть матку, да и сами они ро­ятся нелегко, то обновление их по вышеописанному способу было бы не­практично — для этого есть другое средство.

У лежака в одном конце есть первоначальное гнездо, которое сде­лал рой, в него осаженный вами. В этом гнезде будут почти одни пчели­ные соты, и хотя они и постарели бы уже несколько, вы не вырезайте их с этого конца, чтобы пчелы, вместо вынутых пчелиных сотов, не поста­вили трутневых; но, подрезая с осени или на весну, берите всегда соты с младшего конца и ждите такого лета, когда пчелы этот младший конец весь заделают пчелиными сотами. Это, впрочем, случается лишь через несколько лет, и вот самое удобное время для обновления старого гнез­да в лежаке.

Если этот лежак заработал младший конец пчелиными сотами, то во время медосбора поворотите его таким образом, чтобы конец, кото­рый был на правой стороне, пришелся теперь на левую, и вместе открой­те леток в этом конце, куда теперь пчелы будут прилетать, а прежний леток заложите или залепите. Поэтому у простых лежаков летки должны быть с обоих концов, один с правой, другой с левой стороны, как сказано мною об устройстве этих ульев в § 58, а если бы и не так, то в каждом ле­жаке, хотя бы он был с пчелами, можно высверлить леток толстым бура­вом, где надобно, а прежний заколотить.

Когда вы поворотите лежак, пчелы и матка перейдут с гнездом и расплодом на новые соты к новому летку, покинут старое гнездо и на­полнят его медом, а вы осенью это старое гнездо с медом возьмите в боч­ку, оставляя пчелам молодые соты того года; таким образом возобновит­ся лежак без малейшего вреда и заботы.

Если же колодный лежак приспособлен к выемке сотов по методу Дзержона, то работа еще легче, и не надо даже ожидать, пока сами пчелы заработают младший конец пчелиными сотами, но можно там основать новое гнездо из пчелиных сот, взятых в другом месте, и оборотить лежак по-прежнему.

Обновление дзержонов

Если соты в дзержоновском улье состарятся, то обновляйте их так­же летом во время наилучшего медосбора: через три недели по выемке или выгоне плодной матки из улья, ибо тогда в нем не будет совсем рас­плода. Тогда вы просто повынимайте из улья все старые соты, уложите на их место хоть небольшое гнездо из молодых сотов, обметите пчел вме­сте с маткою назад в улей, а старые соты заберите для своего употребле­ния*: здесь пчелы обработаются как рой заново.

 

*Весной с приносом пыльцы и нектара пчелы постепенно расширяют гнезда, между рамками с расплодом ставят 1 —2 рамки с вощиной. Отстройка сотов продолжается в первой половине лета. За сезон каждая семья может отстроить 10—15 и более сотов. Многокорпусной улей с рамкой 435×230 мм должен иметь не менее 30 отстроенных гнездовых сотов и 30—40 магазинных; двухкорпусный улей с рамкой 435×300 мм —24 и 12; однокорпусный с рамкой 435×300 мм — 12 и 24; 16-рамочный лежак —20 и 30; 20-рамочный лежак — 20 и 30 соответственно.

 

Кто пожелал бы навер­ное обеспечить такую семью, следует выдавить мед из вынутых старых сотов и подставить его пчелам в каком-нибудь сосуде, чтобы они взяли его в новое гнездо с собою.

§121. Как довести пасеку до наибольшей мёдности

До сих пор мы говорили о средствах довести пасеку до наибольшей силы и о размножении ее до значительного количества посредством роев натуральных и искусственных*.

 

*Кто размножил свою пасеку в продолжение года до большой цифры посредством роев натуральных или искусственных, у того уже в том году не будет меда, разве уже пасека стоя­ла бы на местности, в которой мед, в полном смысле этого слова, не плывет, а льется. Боль­шинство владельцев значительных имений жалуются на неимение дохода с пасеки, не­смотря на то, что имеют учеников из школы Любенецкого, и считают пасеки бесполезною тягостью в хозяйстве. Не говоря уже, что не каждый ученик за одно лето мог преобразиться в хорошего пасечника; главнейшая причина бездоходности пасеки заключается в роевом хозяйстве, которое ведется почти везде, хотя и местность, и год не соответствуют этому. Па­сека должна размножаться посредством роев натуральных и искусственных, пока не до­стигнет известного, постоянного количества семей. Доведя же пасеку до этого количества, должно в следующие годы по возможности стараться ограничивать ройку. Средства к дове­дению пасеки до наибольшей мёдности, указанные в этом сочинении, будут действительны в таком только случае, если доведем семьи до наибольшей силы и потом не будем разделять и ослаблять их ройкою. Для обновления пасеки всегда можно будет без ущерба предназна­чить четвертую часть для ройки.

 

Но этого недостаточно, необходимо так­же постараться, чтобы в ней и меда было как можно больше, ибо вся суть пасечнической мудрости заключается в том, чтобы иметь меда как мож­но больше в бочках и получать за него наиболее денег.

Если у нашего пасечника нет меда осенью, он сваливает всю вину на дурное место, ибо ему и не снится даже, что причиною этого недостатка его собственные неумение и неопытность. Конечно, мёдность пасеки, прежде всего, зависит от мёдности окрестностей и благоприятной погоды, ибо если нет меда в поле, а ненастье не дозволяет сбирать его, то не будет его и в ульях. Случается, однако, и так, что и местность недурна, и время для сбора довольно благоприятно, а у пасечника все-таки не будет меда. Кто же причиною этому? Скажем еще больше. Каждому известно из опыта, что в самый плохой год, когда пасека бедствует, всегда найдет­ся несколько семей, полных меда и которых трудно сдвинуть с места, в то время как остальные семьи едва не валятся от ветра. Что ж это опять зна­чит? Почему же в одних семьях есть мед, а в других его нет? Ведь все же пчелы стояли в одной и той же пасеке, летали на один и тот же медосбор, имели одинаковое время сбора: отчего же у одних есть мед, а у других нет? Из этого явствует, что мёдность семьи зависит не от одной только хорошей местности или благоприятной поры, как полагают пасечники, ибо если бы так было в действительности, то при одинаковости условий все ульи должны быть полны медом или без меда. Но так никогда не бы­вает. Это разнообразие мёдности семей в одной и той же пасеке служит несомненным доказательством, что, кроме хорошей местности и благо­приятной поры для сбора, должно быть еще что-то в самих семьях, т.е. в их расположении во время сбора, вследствие чего они бывают мёдными или худыми. И так есть на самом деле.

Какая причина, что в одной и той же пасеке иная семья будет наполнена медом, а другая легкая

Медной делается семья в то время, когда во время наилучшего ме­досбора у нее большая сила, и если эта сила не бездействует лежа на улье, но постоянно может носить нектар, если ей ничто не препятствует в этом сборе — ни недостаток места в улье для сотов, ни недостаток для склада меда порожних ячеек вследствие множества расплода, ни также чрезмер­ная духота в улье, и если, кроме того, пчелы не употребляют приносимо­го меда на корм расплода или трутней, а весь складывают в запас. Одним словом, если семья принесет в улей меда как можно больше, а расходует его как можно меньше, то и делается медной.

Напротив, если семья в пору наилучшего медосбора не имеет хоро­шей силы, а если хотя и имеет, но эта сила трудиться не может и должна лежать на улье по недостатку места для сотов или потому что расплод на­полняет все ячейки в гнезде и пчелам негде складывать мед, или сильная духота выгоняет их наверх — такая семья не может припасти много меда, а если еще из принесенного употребить на корм расплода и трутней, то израсходуется совсем и сделается порожней. Одним словом, если семья мало наносит меда в улей, да еще из него много израсходует, такая всегда будет худой осенью.

Главная суть искусства сделать медными семьи — заключается в двух условиях:

1) чтобы пасечник распорядился пчелами так, чтобы они во время наилучшего сбора как можно больше приносили меда в улей; 2) чтобы не допускать их расходовать этот мед на корм ненужному расплоду и беспо­лезных трутней.

1. Что должен делать пасечник, чтобы пчелы его наносили как можно больше меда в улей

Средства для этого следующие:

a) Прежде всего, следует установить пчел на таком месте, где имели бы они наилучший и продолжительный медосбор и как можно ближе от пасеки, ибо таким только образом могут много насобирать меда. Если же медосбор в одном месте оканчивается, а в другом начинается, пасечник обязан, если только возможно, перевести пчел на этот новый медосбор. Устанавливать же пасеку там, где нет медосбора, и желать много меда — значило бы желать невозможного.

b) Пасечник должен стараться довести все свои семьи до возможно большей силы, ибо только большая сила может нанести много; в слабой же семье некому наносить меда, и поэтому ей угрожают нищета и голод. Но это еще не все: пасечник обязан заботиться также, чтобы эта большая сила явилась по возможности раньше и была уже готова до начала глав­ного медосбора, чтобы пчелы носили мед во время главного сбора.

с) Но еcли пасечник развел уже в пасеке большую и раннюю силу, то не должно раздроблять ее слишком роями натуральными и искусствен­ными, ибо, таким образом возникла бы слабость, которая не может сби­рать меда, следовательно, и сила, о которой хлопотали, перевелась бы ни на что. В особенности надобно остерегаться раздробления силы там, где медосбор или небольшой, или непродолжительный; ибо здесь недоста­ток времени надобно вознаграждать силою, а иначе не будет меда в ульях осенью.

d) Но не довольно еще и того, что пасечник будет иметь большую силу в пасеке, необходимо, чтобы эта сила действительно работала и но­сила мед, а не лежала на ульях и не бездействовала.

Итак, есть три препятствия, не дозволяющие пчелам носить мед среди наилучшего медосбора, а именно: теснота в улье, недостаток ячеек от того, что расплодом заняты все соты, и сильная жара в улье.

Недостаток места в улье — первая причина, отчего пчелы принуж­дены бездействовать летом. Понятно, что в большом улье это случается редко, но это бывает тем чаще, чем меньше улей, поэтому в малых ульях всегда бывает меньше меда, ибо в таких пчелы всегда более бездейству­ют, нежели трудятся.

Кроме того, в малом улье всегда сильнее духота, нежели в большом, и, наконец, расплод вдруг наполнит там соты так, что пчелам не хватает ячеек для склада меда — значит, еще одним поводом больше к невольно­му бездействию.

Итак, кто желает иметь медные семьи в пасеке, должен содержать пчел в больших ульях, чтобы не было им недостатка в месте для работы и для склада меда.

Бездействуют также пчелы и за недостатком ячеек, куда могли бы складывать мед, именно когда, во время главного медосбора, расплод за­ляжет все соты сверху донизу. Так как этот расплод наполняет ячейки почти во все время медосбора, то пчелы идут в поле, наполняются медом, и, не имея места для склада его, не могут летать за новым сбором, вылеза­ют наверх и бездействуют. Поэтому, кто желает иметь мед в пасеке, тот должен в продолжение главного медосбора удержать расплод в ульях или, по крайней мере, ограничить его до наименьших размеров, как будет ска­зано об этом в своем месте.

Бездействуют, наконец, пчелы и по случаю сильной жары в улье, когда соты так размякают, что пчелы, из боязни их обрыва, вылезают на верх улья и даже забирают мед из незапечатанных сотов, ввиду устранения тяжести от сотов, чтобы они не обрушились. Жара эта про­исходит или от излишней тесноты в улье, или от чрезмерно большой силы, или, наконец, от того, что ульи разгорячаются, будучи выстав­лены на солнышке. Кто желает иметь много меда, должен устанавли­вать ульи в тени, проветривать в жаркое время, увеличивать место для сотов, а если сила большая и сама по себе не разделяется ройкою, пасечник сам обязан помочь беде отобранием искусственных роев. И на­конец:

е) Для увеличения меда в ульях есть еще одно средство – во время главнейшего медосбора надобно докладывать сильным семьям как мож­но более готовых сотов суши в гнездо, в магазины или в наголовки: имея готовые соты, пчелы тем вернее заполнят их и тем больше будут иметь меда.

Если пасечник надлежаще воспользуется указанными здесь пятью средствами, то удержит своих пчел в постоянной работе, и должны они наносить ему очень много меда, разве уже во время медосбора встретится какая-нибудь печальная случайность — ненастье или засуха.

Но недостаточно еще, что пчелы нанесут в улей много меда, а как я уже говорил, пасечник обязан наблюдать и за тем, чтобы пчелы не издер­живали этого меда на корм бесполезных личинок и трутней.

Является вопрос:

2. Что делать, чтобы пчелы не тратили мед на корм бесполезных личинок?

Излишек расплода в улье во время главного медосбора — важней­шая причина недостатка в ульях меда осенью, и пасечник, если желает иметь медную пасеку, должен или совершенно прекратить яйцекладку на это время, или ограничить ее до наименьших размеров, если сами пчелы не делают этого.

Конечно, семья не может обойтись без расплода, ибо если бы его не было, то не было бы и в улье ни меда, ни силы. Поэтому для такого рас­плода, который нам нужен и полезен, мы должны жертвовать некоторую часть меда. Но расплод, наполняющий ячейки в пору наилучшего медосбора и мешающий сбору меда, а также и тот, из которого вылезают пче­лы, когда они уже не нужны, — не годится ни к чему, мешает только в улье, и мед, идущий ему на корм, — чистый убыток. Поэтому пасечник должен устранить яйцекладку или, по крайней мере, ограничить ее самы­ми малыми размерами.

Вот как я делаю в своих пасеках.

Главный медосбор начинается у меня около половины мая и около половины июля оканчивается. С расплодом у меня такое правило.

Весь расплод, накладываемый маткой с ранней весны и в продолже­ние мая и июня, очень мне надобен, и я всеми силами стараюсь, что все это время накладывалось его как можно больше. Поэтому с начала весны и до конца июня я забочусь размножать плодных маток посредством ранних ис­кусственных роев, и чтобы эти матки накладывали как можно больше яиц, и для этого раннего расплода не жалею меда, ибо буду иметь из него в самую пору медосбора пчел, которые вдесятеро вознаградят мне эту издержку.

Но яйца, накладываемые матками с 1 июля и в продолжение всего этого месяца, не годятся уже мне ни к чему, ибо пчелы выплодятся из них уже в последних числах июля, т.е. в такую пору, когда прекращается медосбор, или совсем уже окончился. И потому с наступлением июля, а, пожалуй, и за неделю вперед, я устраняю ненужную мне яйцекладку, а именно забираю маток у старых семей или выгоняю из последних рои, если они сами не роились, или беру только маток и делаю из них рои ссыпные. С удалением маток перестает в тех семьях яйцекладка на ка­кие-нибудь четыре недели самого лучшего медосбора.

Впрочем, у иных семей, а именно у таких, у которых матки плодные настоящего года, я не отбираю их, но ограничиваю яйцекладку до самых малых размеров — расширением места в улье, перегородкою гнезда и ох­лаждением улья; как же все это делается — об этом будет сказано в осо­бом параграфе.

В августе и до конца осени я дозволяю яйцекладку таким семьям, ко­торые остаются на зиму, ибо в этих семьях мне нужна сила, чтобы они хоро­шо перезимовали. Всем же семьям, не остающимся на зиму, но имеющим идти на убой или на сушь, не позволяю откладку яиц уже в августе, сентябре и октябре и потому забираю у них маток уже с окончанием медосбора.

Таким образом, я прекращаю или ограничиваю в моих семьях беспо­лезный расплод.

Что же касается расплода трутневого, такой не терплю в улье нигде и никогда, ибо трутни непригодны мне ни к чему, и потому мед, потра­ченный на трутневый расплод, очевидно был бы чистейшим убытком.

Я уже говорил в теоретической части, какое огромное количество меда пожирают трутни не только в состоянии личинок, но еще и в тече­ние нескольких недель после того, как выплодятся. А так как трутни, за исключением небольшого количества, нужного для оплодотворения ма­ток, совершенно бесполезны в улье, то очевидно, что весь мед, издер­жанный на них, все равно, что выброшен на улицу.

Оправдываются ли действительно на практике указанные здесь спосо­бы умножения меда в пасеке?

Все, что здесь сказано об умножении мёдности семей, не пустая те­ория, но аксиома, подтвержденная моею долголетнею практикою. До­вольно сравнить эти правила с действительностью, довольно останови­ться над теми ульями, которые попадаются в пасеке, как исключение, полные меда в самые худшие годы, и теми, которые в самое лучшее лето остаются порожними, без меда, чтобы убедиться в справедливости этих правил.

Итак, спрашиваю:

Отчего в больших и глубоких ульях, именно в бортях и, в особенности в лежаках, бывает обыкновенно больше меда? Потому что в тех ульях нет пчелам недостатка в месте для работы, довольно сотов для расплода и для меда, так что расплод не препятствует сбору; в таких ульях нет ни духоты, ни тесноты, как в ульях малых, пчелы в них нелегко выходят наружу и, следовательно, не бездействуют, а трудятся, притом не слишком израиваются, держатся в доброй силе, и вот причина мёдности улья.

Отчего семьи, которые отроятся зарание перед наступлением главно­го медосбора, если только не выроились слишком, обыкновенно полны меда? Оттого, что в таких семьях плодная матка уходит вместе с роем, следова­тельно, в улье прекращается всякая яйцекладка во время наилучшего медосбора, весь старый расплод вылезает и опорожняет ячейки, у пчел, зна­чит, есть склад для меда, и потому они тем более его наносят; а так как из этого запаса ничего не расходуется на корм расплода, то такие семьи и бывают мёдными.

Отчего в лежаках всегда бывает больше меда, нежели в стояках? По­тому что в лежаках соты размещены больше вдоль улья, пчелы сами от­деляют матке часть гнезда для яйцекладки, а остальную часть отгоражи­вают медовыми сотами, и потому расплод в лежаке не расширяется так, как в стояке, не наполняет столько ячеек и не столько выходит на корм ему меда: вот почему лежаки мёднее стояков.

Отчего сильные семьи, которые не роятся, имеют обыкновенно много меда? Ибо чем больше сила в улье, тем больше он может выделать со­тов и тем больше наносить меда. Кроме того, если семья не роится, то или улей так велик, что пчелы не чувствуют потребности разделяться, или не роится потому, что рано лишилась прежней матки, а молодую вывела в пору, неблагоприятную для ройки, и которая если и оплодо­творилась, не выходит уже с роем в том году. В первом случае мёдность семьи происходит от обширности улья и большой силы, а во втором – от того, что пчелы в течение четырех недель, пока не было расплода в улье, наполнили гнездо медом, после чего матка не может уже распро­странить накладывание яичек по всем сотам, а ограничится известною частью гнезда: таким образом, расплод не мешает дальнейшему складу меда, да и на корм выходит его немного. Бывает и так, что семья ли­шится старой матки незадолго перед медосбором, но не роится: в та­ком случае расплод будет постепенно опорожнять ячейки в самое вре­мя наилучшего сбора, пчелам будет, где складывать мед, а молодой рас­плод не станет выплаживаться четыре недели, следовательно, и на корм ее не потребуется меда, и вот почему такая семья делается мёдной тем легче, что, не выпуская роев, удерживает всю свою силу, иной раз очень большую.

Отчего семья, которая была слаба с весны и лениво набиралась силы и только во время медосбора поправилась, бывает обыкновенно мёдной осе­нью?  Оттого, что у нее или матка не плодовита и мало накладывает яиц, и именно по случаю небольшого количества расплода пчелы наносят больше меда во время медосбора, или порою семья делается слабою на весну, обновив заранее матку — и в ней молодая матка, не думая роить­ся, накладывает меньше яиц, а, следовательно, и семья получает боль­шую мёдность.

Отчего сильная семья, обезматочев, но имея довольно готовых сотов, наполняет их обыкновенно медом? Потому что в самую лучшую пору ме­досбора у нее нет расплода.

Отчего семьи, стоящие в тени, бывают мёднее тех, которых разгоряча­ет солнце? Ибо прохлада в тени не допускает духоты в улье, пчелы не без­действуют, и расплод не разводится в нем так быстро, как в улье, выстав­ленном на солнце.

Отчего борти в живых деревьях имеют обыкновенно много меда? По­тому, что борти обыкновенно очень большие, кроме того, в живой борти беспрерывно обращаются холодные соки дерева, охлаждая летом улей и не допуская такой жары, как в ульях пасечных.

Теперь спросим наоборот:

Отчего в малых ульях обыкновенно бывает мало меда? Потому что в них мало сотов, расплод наполняет вдруг все гнездо, пчелам некуда вы­водить соты дальше, и негде складывать мед, и расплод много пожирает его; притом в малом улье бывает большой жар, пчелы вылезают наверх и бездействуют, и поэтому так мало меда в малых ульях.

Отчего в семьях, которые роятся поздно, уже при конце медосбора, быва­ет мало меда? Потому что во время наилучшего медосбора расплод зани­мает все соты в гнезде, пчелам негде было складывать мед, а что наносили — пошло на корм расплоду.

Отчего в семьях, которые сильно роились, мало меда? Оттого, что ма­лая сила, оставшаяся в улье, не в состоянии наносить много меда, хотя и есть довольно готовых сотов, куда она могла бы складывать его.

Отчего в семьях тем меньше меда, чем больше трутней? Оттого, что чем больше трутней, тем больше пчелы израсходовали меда на их личинки, и тем больше меда пожирают сами же трутни.

Из этих фактов, взятых из опыта, пасечник убедится, что с помощью вышеприведенных средств он действительно может довести свою пасеку до наибольшей мёдности, особенно если прекратить или ограничить яйце­кладку в улье в пору лучшего медосбора и не допустить у себя в семьях раз­множения трутней. Итак, эти две последние категории, чрезвычайно важ­ные при уходе за пчелами, мы особенно разберем в следующих параграфах.

§122. О выемке маток и о том, как прекратить, или ограничить яйцекладку для умножения мёдности семьи

В предыдущем параграфе я уже сказал, что вернейшее средство уве­личить мёдность семьи — прекратить или ограничить яйцекладку в ульях в пору наилучшего медосбора. Здесь мы скажем, как и когда должен де­лать это пасечник.

Каким образом совсем прекратить яйцекладку в улье?

Всякий расплод, как пчелиный, так и трутневый, прекращается в улье немедленно по выходе из него плодной матки. Если семья роится — яйцекладка останавливается в ней сама собою, потому что плодная мат­ка уходит из улья с перваком. Если же семья сама не роится, то желая приостановить в ней яйцекладку, пасечник должен вынуть из нее матку.

По выходе плодной матки с роем или по извлечении ее из улья — хотя в нем и останется расплод крытый и не крытый, т.е. личинки и яички, по­ложенные перед этим маткою, однако известная часть расплода будет вы­лезать ежедневно, опорожняя ячейки для склада меда, а остальной рас­плод запечатается до восьми дней, и прекратится всякий расход меда на корм для него. Пока же в этом улье появится новый расплод от новой мат­ки, который выведет себе семью, надобно ждать три или четыре недели: и так в продолжение этого времени в улей будет прибывать мед, а убывать не будет, и, следовательно, семья должна сделаться мёдной.

Яйцекладка также прекратится совсем, и настанут те же самые по­следствия, если пасечник добудет матку из улья и, заперев ее в клеточку, положит на дне того же самого улья. Но я никогда не делаю этого, если только есть еще в поле медосбор. Во всяком случае, ввиду увеличения мёдности и отбирается матка из улья на три или четыре недели при конце медосбора, и жаль было бы запирать ее в эту пору, а потому лучше сделать с нею ссыпной рой или, взяв с нею часть пчел, сделать перегон — и искус­ственный рой, имея впереди несколько недель лучшего медосбора, обра­ботается отлично. Таким образом и старая семья сделается более мёдной от прекращения яйцекладки, и прибудет лишняя семья пчел в пасеке. Напротив, если запереть матку в клеточку, обыкновенно она погибает, ибо, хотя пчелы и будут кормить ее, и она в клеточке на дне улья может прожить несколько недель, однако измучится в этом заключении так, что потом, по выпуске ее, чаще погибает, или ее умерщвляют пчелы, ког­да в это время успели вывести себе новую матку. А ведь жаль потерять плодную матку в лучшее время ройки. Кроме того, если держать матку в клеточке на дне улья, то пчелы, полагаясь на нее, часто не закладывают даже маточников на молодые матки, и через это безматочеют. Поэтому я в таких случаях не запираю матку, а только сразу удаляю ее из улья, и это самое лучшее.

В какое время и у каких семей отбирать маток?

Удовлетворительнее всего я отвечу на это, если опишу, как в таких обстоятельствах я поступаю в собственной пасеке. У меня это делается следующим образом.

Прежде всего, отбираю маток из сильных семей для производства ис­кусственных роев, а так как эти рои делаются преимущественно в июне или в первую неделю июля, то в эту пору я отбираю больше маток или вы­гоняю их с перегонами. Таким образом, у меня и искусственные рои ран­ние и надежные, и старые семьи становятся более медными вследствие прекращения в них яйцекладки. Понятно, впрочем, что в эту пору я отби­раю маток лишь у семей сильных, а у слабых не трогаю, пока они не забе­рут порядочной силы, ибо ранняя выемка плодной матки из слабой семьи ослабила бы ее еще более, и не было бы кому наносить меда.

Потом я забираю маток у таких сильных семей и наполненных сотами, которых предназначаю на убой; но у тех, которые могли бы как можно больше вывести сотов, отбираю маток за три или за четыре недели перед окончанием медосбора. Пчел же из таких семей совсем не подби­раю, а с матками, взятыми от них, делаю ссыпные рои, которые и удают­ся отлично, ибо это самая лучшая пора для них.

Затем отбираю маток у ранних роев, натуральных и искусствен­ных, осаженных с плодными матками, когда вижу, что у них выведено уже гнездо от 6 до 7 вершков (26,7-31,15 см), но меда не видно, расплод наполняет все соты, а медосбор доходит уже до половины. Но у роев я отбираю только плодных маток прошлогодних и тогда, когда гнездо у них уже хорошее и, что важнее, если у них и у других старых семей меда немного, а расплода полно. Если же, при хорошем медосборе, в роях еды много, а расплода мало, то я не забираю у них маток, а, напротив, оставляю в роях, чтобы пчелы вели дальше занос и тем больше наклады­вали меда. В таком случае, если мед преобладает над расплодом, было бы неосновательно отбирать у роев маток, ибо прекратился бы немед­ленно занос, и хотя бы готовые гнезда они и наполнили медом, но в ме­ньшем гнезде было бы его всегда меньше, нежели если бы они продол­жали строить соты и наполнили их медом. Из маток же, отобранных за две недели до окончания медосбора, делаю малые ссыпные рои.

У роев же натуральных и искусственных, у которых молодая матка данного года, я не отбираю последних никогда, ибо в них обыкновенно бывает меньше расплода и больше меда, потому что пчелы имели время наносить его в свежие соты в ту неделю, пока оплодотворилась молодая матка и начала яйцекладку. Не трогаю я этих маток еще потому, что они бывают лучшими и плодовитейшими на следующий год, и я такие рои приготовляю на семенники.

По тому же самому поводу, который высказан при описании роев, я никогда не отбираю маток настоящего года у семей, отроившихся или у которых взяты искусственные рои, и стараюсь помогать им запасом хоть из других семей, чтобы улучшить на зиму.

С окончанием медосбора, я тотчас сортирую в пасеке семьи, кото­рые должны и которые не должны оставаться на зиму. У семей, которые не пойдут на семена, а предназначены на убой или для хозяйственного употребления, забираю маток при конце медосбора, тотчас после сорти­ровки, чтобы задержать в них совсем яйцекладку, так как она не послу­жила бы ни к чему, ибо в семьях, предназначенных к истреблению, уже совершенно не нужно пчел, и потому я не желаю, чтобы расплод пожи­рал мед напрасно. У семей же, предназначенных на семенники, не тро­гаю маток, разве уже которая устарела или мало плодовита: такую заме­няю лучшею из выбракованных семей.

Итак, бывает четыре случая, когда пасечник забирает из ульев плод­ных маток:

1) Забирает он их в мае, июне и в начале июля для производства ис­кусственных роев.

2) Забирает плодных маток у семей, предназначенных на убой, и это делает за три или за четыре недели перед концом медосбора, а с забран­ными матками производит ссыпные рои.

3) Забирает плодных маток у натуральных и искусственных роев, которые занесли уже порядочное гнездо на зиму, но имеют мало меда, и расплод занимает почти все соты. У таких берутся матки за две недели до конца медосбора и делаются с ними небольшие ссыпные рои.

4) Наконец, перед окончанием медосбора забираются плодные мат­ки у таких семей, которые не предназначаются к зимовке, а матки идут, что лучше всего, на исправление семенников, у которых плохая матка или нет ее вовсе, остальные же матки уничтожаются*.

 

*Отбирание маток с целью усиления мёдности семей будет только тогда действительно, когда через девять дней вы разберете гнездо и посрываете маточники, за исключением од­ного; иначе через две недели эти семьи начали бы роиться, что в этом случае нежелательно. При выдвижных ульях это легко, но в простых или со снозами почти неисполнимо, по слу­чаю бывающей обыкновенно в то время года жары.

 

Необходимо ли отбирать плодных маток у всех семей в целой пасеке?

Не всегда надобно и не всегда даже можно отбирать плодных маток у старых семей и у роев. В благоприятное лето и где введены большие ульи для медового хозяйства — там не нужно забирать маток, а только ограничивать их яйцекладку. А именно:

1) Где местность хорошая и на весну ранний медосбор, где, следова­тельно, пчелы сами рано роятся, там нет надобности отбирать плодных маток, так как они уходят сами вместе с перваками.

2) Кто содержит пчел в больших ульях и предназначает их единст­венно на мед, в особенности в больших лежаках, а роев из них иметь не желает, тому не надобно забирать маток, ибо такие семьи сами по себе ограничивают излишнюю яйцекладку маток и потому сами делаются медными, как скажу об этом ниже.

3) Если местность хорошая и, кроме того, в лучшее время медосбора настанет очень медная пора, так что пчелы как в старых семьях, так и в роях наполняют немедленно медом все соты, и даже только что сделанные, а рас­плод сами весьма ограничивают, в таком случае не надо отбирать у них ма­ток, а напротив, оставлять, чтобы пчелы выводили соты без перерыва; ибо чем более в такую пору наделают они сотов, тем больше наносят меда.

Напротив, если случится год дурной, а в особенности, когда во время лучшего сбора ударит продолжительное ненастье или случится засуха, а также ливни или град уничтожат медосбор, тогда пасечник обязан удалять плодных маток из всех семей как можно скорее и прекратить яйцекладку во всей пасеке, ибо этим только средством он избавит ее от конечного ист­ребления, так как сохранит, по крайней мере тот мед, который уже есть в ульях, будет в состоянии выбрать столько семенников, чтобы не погибла пасека. Кто в подобном случае этого не сделает, тот может утратить все, как именно и делается не у одного пасечника в настоящем году, когда я пишу: по причине чрезмерной засухи, у пчел в ульях совершенно нет меда, ибо тот, которого насобирали немного, они издержали на корм расплода*.

 

*Если в самую лучшую пору медосбора случится ненастье или засуха, тогда удаление ма­ток было бы излишнею работою. Ибо из теории известно, что если нет медосбора, то и мат­ка не кладет яйца, и что если ненастье продолжится две недели, то будет много порожних ячеек, и тем более рабочих пчел, когда же потом наступит медосбор, пчелы так быстро на­полнят медом опроставшиеся ячейки, что матка не успевает наполнять их расплодом. В та­ком случае можно отбирать маток лишь у слабых семей, но лучше и у этих ограничивать то­лько расплод при помощи летковых дощечек.

 

Теперь мне остается еще сказать:

Каким образом уменьшить или ограничить в семьях яйцекладку маток, чтобы сделать семьи более мёдными.

Уменьшая или ограничивая яйцекладку известною частью гнез­да, — пасечник усиливает мёдность семьи, ибо в таком случае остается пчелам более порожних ячеек для склада меда и не столько пойдет его на корм для расплода.

Кто ведет роевое хозяйство и держит пчел в умеренных ульях, в ко­торых не много поместится сотов, тот сделает лучше всего, если будет со­вершенно удалять маток из ульев, т.е. выгонять их с перегонами, если они не роятся добровольно.

Кто же ведет хозяйство чисто медовое, а, следовательно, в роях не нуж­дается и поэтому держит пчел в больших ульях, именно в больших лежаках; или кто известную часть пасеки в больших ульях предназначает исключите­льно на мед, тому нет надобности забирать у них матку, ибо для чего же они ему, если он из них роев делать не будет. Но надобно только ограничить яйцекладку, и семьи сделаются медными. Особенно, если ульи большие, а име­ют еще не сильный занос, и у пчел достаточно места для постройки сотов, почти будет полезнее ограничить яйцекладку матки, нежели совсем удалить ее из улья. По удалении матки в улье прекратится дальнейшая постройка сотов, и пчелы не будут выделывать соты недели две, пока не высидят себе молодую матку, а стало быть, и наносят лишь столько меда, сколько есть го­товых сотов. Напротив, если оставить им матку, а только ограничить яйце­кладку, пчелы будут без перерыва продолжать занос, и соты не только преж­ние, но и свежепостроенные, наполнятся медом, и его будет в улье, очевид­но, больше, нежели было бы по удалении матки.

Для ограничения расплода есть два способа: а) перегородка гнезда, Ь) охлаждение улья.

а) Ограничение расплода с помощью перегородки гнезда

С перегородкою гнезда семья сделается непременно более мёдной; яснее всего мы это видим на наших простых лежаках, которые бывают обыкновенно мёднее стояков. Это происходит, собственно, от того, что гнездо в таких ульях расположено широко, и поэтому матка держится с расплодом на известном пространстве, не наполняя остального гнезда. Делается это в лежаках само собою следующим образом. Известно, что матка с расплодом держится всегда ближе к летку; положим, расплод здесь будет в пяти или шести сотах, а потому в шестой или седьмой сот и во все следующие накладывают пчелы меда. Лишь бы только настал хо­роший медосбор, а пчелы наполнили медом и запечатали эти прилегаю­щие к расплоду соты, этим самым они уже как бы ставят перегородку для матки, так что она уже с расплодом далее распространиться не может, ибо, как известно, матка всегда удерживает расплод в связи, сот с сотом, без перерыва, а потому с расплодом не зайдет далее за медовые соты: все последующие соты, сколько их пчелы построят до затвора, не будучи уже наполнены расплодом, наполнятся медом, и вот причина мёдности лежаков. И все это, что делается в больших лежаках, само собою, пасечник может сделать в каждом ином улье, если перегородить в нем гнездо. Для того же, чтобы хорошо перегородить гнездо, необходимо, чтобы соты могли выниматься, а стало быть, и перегородки эти выполнимы в дзер­жонах, в простых же ульях, из которых соты вынуть нельзя, пасечник ни­чего не поделает, разве уже в таких ульях это совершится само собою.

Как перегораживать гнездо в дзержоновских ульях для умножения меда

Когда дзержоновский стояк забрал большую силу, а главный ме­досбор наступил, то выньте из него половину сотов: например, если в улье десять, то выньте по пять сотов спереди из всех отделений, а другие пять оставьте нетронутыми в улье. После этого заложите перед остав­шимися в улье сотами известную дощечку-перегородку и откройте в ней совершенно летковые отворы. После этого вынутые передние соты заложите назад в улей, но таким образом, чтобы из них наполненные медом приходились позади затвора. Сделав это, не запирайте улей за­твором, но повесьте перед ним легкую соломенную или рогожную мату, чтобы наружная прохлада доходила в улей. Когда вы перегородите этим способом гнездо, матка непременно перенесется с яйцекладкой в зад­ний отдел ближе к летку и не будет спереди накладывать яичек, и по мере того, как из передних сотов прежний расплод будет вылезать, пче­лы станут наполнять сот медом, а если продолжится хороший медос­бор, то зальют целиком.

Для того чтобы еще вернее устранить матку от накладывания яиц в передние соты, можно раздвинуть их на расстоянии ½ вершка (2,22 см) один от другого, и когда расплод из них вылезет, пчелы продолжат ячей­ки в тех сотах, и сделаются они такими глубокими, что матка уже в них дна не достанет и не в состоянии будет накладывать яичек, а тем вернее эти соты наполнятся медом. По прекращении медосбора, в половине ав­густа, в прохладный день, вы снова разберите гнездо, выньте перегород­ку, заберите толстые мёдные соты, а на их место вложите в эту семью гнездо из обыкновенных сотов, взятых из других семей, если хотите оста­вить эту на зиму.

В лежаках, имеющих сзади магазин, можете сделать еще и так. Вы­берите спереди соты до половины и заложите их сколько поместится, на­зад в магазин, на ½ вершка одни от других, но так, однако, чтобы возле летковой дощечки приходились соты мёдные, а далее к затвору соты с расплодом. Отверстий в летковой дощечке не открывайте целиком, но на столько, чтобы пчелы могли пролезать поодиночке, и колышек внизу под дощечкою отодвиньте на столько, чтобы образовалась небольшая щелочка, в ⅛ вершка (0,55 см). Больших проходов не давайте, чтобы матка не влезала в магазин и здесь не накладывала яиц. Теперь с другой стороны лежака вложите в гнездо лежака через шесть остальных сотов также перегородку, а перед нею вставьте хоть один сот с медом, а потом остальные соты с расплодом, сколько их будет, остаток же гнезда доло­жите начатками, чтобы пчелы тянули соты далее к затвору. По этому спо­собу матка будет держаться с расплодом вблизи летка, в середине между перегородками, а в магазине и спереди гнезда соты наполнятся медом. По окончании медосбора заберите излишек меда, и вынув перегородку, урегулируйте на зиму гнездо как следует.

Для успешного действия такой перегородки и для получения дово­льно меда, семья должна быть в хорошей силе и иметь плодную матку, ибо в слабой семье, или в такой, которая отроилась или обновила матку, перегородка гнезда не служит ни к чему и совсем не нужна, так как в ней и без того расплода не будет много.

Наконец, не каждый год и не в каждой семье встретите надобность перегораживать гнездо и ограничивать яйцекладку для умножения меда. Ибо если год и медосбор благоприятны, так что сами пчелы каж­дую ячейку, опроставшуюся от расплода, заливают немедленно медом и наполняют им также все свежепостроенные соты, тогда они сами по­степенно ограничивают яйцекладку матки и не потребуют помощи па­сечника.

Ь) Ограничение расплода посредством охлаждения улья

Другой способ ограничения расплода заключается в охлаждении улья.

Расплод требует известной степени тепла для своего развития, а где этого нет, там матка не накладывает яичек. Если мы какое-нибудь про­странство улья охладим, то матка уже там не станет накладывать распло­да, и пчелы наполнят соты медом.

Для такого охлаждения англичанин Нутт приспособил вентиляци­онный улей, и после него многие пасечники сделали в этом улье различ­ные преобразования. Но один только проход воздуха через часть улья, предназначенную исключительно для меда, не всегда бывает успешен. Ибо если на дворе сильный зной, когда именно нужно наиболее прохла­ды, вентиляция мало дает ее в таких ульях, ибо в улей проходит такой же теплый воздух, как и выходящий из улья. Подобная вентиляция не всегда удерживает матку от накладывания яичек в закоулки, предназначенные для меда, и случалось мне не раз находить там вместо меда расплод, и именно в жаркую и сухую пору; впрочем, при обильном медосборе и та­кая вентиляция не совсем уж недействительна.

Ибо уже если пасечник во время большого медосбора и зноя на дво­ре отымает у сильных семей отворы и только заменит их матами или чем-нибудь другим, чтобы солнце не падало на соты, также, если в лежа­ках откроет летковое отверстие в магазинах и снимет с той же стороны затворы, а в стояках откроет в голове шпунты, и так будет день и ночь дер­жать ульи во все время жары, то и этим сильно ограничится яйцекладка, уменьшится духота в ульях, вследствие чего пчелы натянут больше сотов и семьи сделаются более медными. Поэтому и наш простой пасечник от­крывает в своих ульях, стояках и лежаках затворы во время наибольшего медосбора и сильной жары, ибо опыт научил его, что от этого бывает бо­льше меда*.

 

*Усиление вентиляции в ульях во время медосбора важно также для ускорения удаления воды из нектара при созревании меда.

 

§125. Что делать, чтобы не размножались трутни и не съедали мед в ульях

Мы уже говорили прежде в § 121, что кому желательно иметь мёдные семьи в пасеке, тот не должен допускать размножения трутней, но пре­пятствовать этому, для чего имеются два способа.

Способ первый. Самый простой способ — не допускать размножения трутней в улье — заключается в том, чтобы не дозволять пчелам вести трутневые соты, а если где выведут их, то уничтожать. Кто удаляет из улья трутневые соты, тот увеличивает мёдность улья, ибо весь мед, который пошел бы на трутневый расплод и самых трутней, останется в улье.

Поэтому, прежде всего весною при подчистке пасеки следует вынуть или вырезать трутневые соты во всех семьях, если можно, до последней ячейки. Если бы через выемку трутневого сота в простом улье образова­лась пустота между пчелиными сотами в гнезде, то надобно всунуть в это пустое место готовый сот пчелиной суши, как уже мы говорили при весен­ней подрезке. Если в дзержоновских ульях есть трутневые соты, то выре­зать их только при концах, а если пчелы составили целый трутневый сот, то вынуть его совсем со снозом, а следующие пчелиные соты сдвинуть вместе. Таким образом удалятся из улья прошлогодние трутневые соты.

Но этого недостаточно, надо еще заботиться, чтобы пчелы не ставили весною снова трутневых сотов. Поэтому в то время, когда пчелы поднов­ляют уже соты, необходимо засматривать в улей каждые 3—4 дня, не ведут ли они трутневых сотов, и где покажутся хотя бы малейшие начатки, вы­нимать и не медлить долго, ибо матка может накласть трутневых яичек. Устраняя трутневые соты, надобно вырезать их до последней ячейки и скорее зацепить ячеек пчелиных, нежели оставить хоть след трутневого сота, а иначе пчелы наведут такие же соты. После вырезки трутневых сотов пчелы часто начинают на их место соты пчелиные, но не всегда, ибо часто на место вырезанных трутневых сотов они делают снова трутневые, и по­тому дня через два надобно заглянуть в улей.

Некоторые пасечники — поопытнее, увидев запечатанный трутне­вый расплод в улье, не вырезают всего сота, а только срезают головки расплода ножом сверху, ибо если нож удачно срежет головки, то пчелы повысасывают куколку, повыкидывают ее, и трутней не будет. Во всяком случае, мед, сожранный этим расплодом, не возвратится, и он уже поте­рян для пасечника. Но в трутневом соте, кроме крытого расплода, быва­ют еще яички и личинки, которых ножом нельзя ни достать, ни уничто­жить. Кроме того, когда пчелы повытаскивают перерезанные трупы и очистят ячейки, матка снова нанесет туда яички, и через десять дней в том соте снова будет трутневый расплод, запечатанный, как и перед этим. Поэтому одно только срезание трутневого расплода ничем не по­может, и лучше не жалеть всего сота, а вынуть или вырезать его совсем. Точно так же я и делаю у себя.

Но замечайте хорошенько, что я вам скажу: трутневые соты надобно удалять из улья лишь до тех пор, пока матка накладывает в них яйца, что делается обыкновенно перед началом и в начале медосбора. Если же на­ступит в поле большой медосбор и видно, что пчелы, выделывая трутне­вые соты, немедленно заливают их медом и матке не дозволяют наклады­вать там яйца, то было бы безрассудно вырезать трутневые соты, а напро­тив, следует оставить их, и в улье будет больше меда. В таком случае я не только не порчу свежих трутневых сотов, но даже соты, которые прежде повынимал или повырезал, закладываю сильным семьям обратно в гнез­до, в магазины или в наголовки, и они быстро наполняются медом, кото­рого мне и приходится больше.

Но не одно и то же — вынуть трутневые соты из улья и потом вло­жить обратно или оставлять их в улье нетронутыми. Не один пасечник думает: зачем вынимать соты с трутневым расплодом, ведь если вылезут из них трутни, то пчелы наполнят эти соты медом? Мнение это ошибоч­но. Положим, пчелы построили трутневые соты 1 июля, и матка накла­ла в них яичек; трутневая личинка, которая, как известно, выплаживается через 24 дня, будет наполнять эти соты до 25 июня, значит, в про­должение всего лучшего сбора, а когда повылезают трутни, то медосбор уже ослабел, и соты останутся порожними. Если же я уберу трутневые соты, имеющийся в них расплод уничтожу и только впоследствии, ког­да пчелы заливают уже медом соты, вложу их назад в улей, то они мгно­венно наполнятся медом, и, кроме того, сберегу в семье тот мед, кото­рый пожрал бы трутневый расплод, а также и тот, который съели бы трутни, вылезшие из этого расплода. А это, как я уже доказал в своем месте, много значит.

Поэтому не нужно портить или вытапливать трутневые соты, кото­рые вынимаются из улья, но прилеплять их к снозам и старательно при­прятать. Если же вынутый сот окажется с расплодом, то нужно его очис­тить, что очень легко. Я поступаю следующим образом.

Если в соте расплод запечатанный, я отрезаю ему головки ножом, оставляю этот сот на сутки или на двое в улье, чтобы пчелы убрали тру­пы из ячеек, а потом уношу, чтобы матка снова не отложила туда яички.

Если в соте имеются яички и личинки, то, вынув его из улья, на­мачиваю на всю ночь в холодной воде — вследствие чего расплод зато­нет и погибнет, а на другой день закладываю его мокрый как есть силь­ной семье, которая осушит воду, а яички и мертвых личинок уберет из ячеек.

Если, наконец, в соте есть расплод крытый и некрытый, то взрезав крытые ячейки ножом, намочивши сот на ночь в воде, я потом заклады­ваю сильной семье для очистки, как сказано. Таким образом, ни один трутневый сот не пропадет даром и послужит потом на склад для меда.

Второй способ против размножения трутней — выемка плодной матки из улья, ибо, таким образом, приостановится всякая яйцекладка, а, следовательно, и трутневая. Я чаще всего употребляю этот способ. Если семья упорно выводит трутневые соты, а матка наполняет их яичками — что служит признаком приготовления к ройке — то я или беру из него матку и делаю ссыпной рой, или делаю с нею перегон, и тогда уже можно не только оставить трутневые соты в улье, если они без расплода, но даже и прибавить прежде вынутых трутневых сотов, и уже в них не будет в то лето расплода, и они наполнятся при хорошем взятке медом. Конечно, в такой семье с удалением матки прекратится дальнейшая постройка сотов, но это лучше же, нежели трутни выедали бы мед из ульев*.

 

*Чтобы на пасеках не было лишних трутней, надо держать в семьях маток не старше двух лет, удалять трутневые соты, заменив их рамками с целыми листами вощины для отстройки пчелиных ячеек. Вырезка трутневого расплода, на который уже затрачено много корма и труда пчелами, малоэффективна.

 

И тот, кто пускает свою матку в натуральную ройку, пусть убирает также трутневые соты перед роением семьи, хотя не мешает оставить в каждом сильной семье небольшой сотик трутневого расплода, где-нибудь с краю, хоть в ладонь величиной, чтобы пчелы не откладывали рой­ки, ибо они привыкли роиться лишь тогда, когда имеют уже в улье трут­ней или, по крайней мере, запечатанный трутневый расплод. Но опять-та­ки не следует полагать, что чем более оставить семье трутней, тем скорее она будет роиться, ибо избыток трутней не ускорит ройки* ни мало, а то­лько приведет к большому потреблению меда.

 

*Чем больше будет трутней на пасеке, тем больше вероятность спаривания матки в пер­вом брачном полете. На матковыводных пасеках на каждые 100 нуклеусов (небольшие пче­линые семьи для содержания маток) нужно иметь не менее двух породных отцовских се­мей, т.е. семей, специально воспитывающих трутней.

 

Есть пасечники, допускающие трутней размножаться в пасеке без конца, а потом уже охотятся на них и вылавливают, для чего придумыва­ли разные трубки, ловушки, сетки. Не лучше ли не допустить сразу раз­множения их и бесполезной траты меда. Об этой ловле трутней, как о детской забаве, даже вспоминать не стоит.

§127. Ревизия и браковка пасеки при конце медосбора

Как только начинает отцветать самая ранняя гречиха, посни­майте и опоражнивайте  магазины, чтобы пчелы могли еще наносить запас меда в гнездо, а в последнюю неделю медосбора обревизуйте всю пасеку, в каком положении каждая семья и что из нее может выйти. Это уже будет видно, ибо, сколько вы найдете сотов и меда в улье, то и останется и больше не прибудет, когда медосбор уже прекращается. Пчелы уже не выводят соты, а в поле собирают лишь столько, сколько нужно для расплода и для их собственного употребления, разве уже где-нибудь явится поздний медосбор на вет­ках или на запоздалых падях ели и можжевельника, что, однако, бы­вает исключением.

Главная цель этой ревизии — выбор нужного количества семенни­ков, т.е. семей, остающихся на зиму, а сделав выбор, вы обозначьте их краскою или мелком. Остальные семьи пойдут в брак, т.е. не пойдут на зиму, а будут убиты. Конечно, теперь, когда в гнезде есть еще много рас­плода, который придает семьям вес, не так легко определить с точно­стью в простых ульях запас меда, да и из этого количества еще нужна часть для расплода; однако опытный пасечник, взвесив семью в руках, а в неподвижных колодах – попробовав мед прутиком или проволокою, может сообразить хоть приблизительно, есть ли в ней нужный запас на зиму. В ульях определяется это с точностью, стоит лишь вынуть неско­лько сотов из низших отделений и несколько 3½ вершковых сотов в самой голове, где настоящий склад меда.

Семенники выбираются так заранее для того, чтобы у тех семей, ко­торые пойдут в брак, отобрать немедленно маток и удержать яйцекладку.

Наши пасечники выбирают обыкновенно семенники лишь в начале сентября, когда подрезают и выбивают пасеки, но в этом промедлении большая потеря; ибо в продолжение шести недель после прекращения медосбора дозволяют они уже ненужному расплоду совершенно даром выедать мед из забракованных семей и тратить в пасеке, может быть, несколько десятков ведер меда, которые лучше сложить бы в бочку. В пре­дупреждение этого необходимо выбирать семенники вслед за прекраще­нием медосбора. Является вопрос:

§128. Какие семьи, т.е. какие семенники, оставлять на зиму?

Здесь главное правило: оставлять на зиму только семьи отборные, а плохих не надобно, ибо хотя последние и перебьются кое-как до весны, но будут стоить много меда, будет с ними много хлопот, а пользы мало или совсем никакой. Если вы оставите слабые семьи на зиму, то очевид­но — на весну они будут еще слабее, ибо за зиму ни одна семья не попра­вится, а только ослабеет. Ведь нередко случается, что самые отборные се­мьи делаются зимою гораздо хуже, чего же теперь можно надеяться от слабых? Кто желает размножить быстро пасеку и иметь из нее наиболь­ший доход, тот должен постановить себе неизменным правилом — остав­лять на зиму только семьи отборные, а слабые уничтожать. У нас очень много пасечников, которые при чрезмерных стараниях не могут размно­жить пасеки собственно потому, что оставляют на зиму все, что прибудет летом, даже семьи голодные и мало заработанные, и последние-то тор­мозят дело. Плохие семьи пожирают все, что дадут хорошие, а пасечнику остаются только напрасный труд и хлопоты.

Хороший семенник должен иметь следующие качества:

a) достаточное и теплое гнездо;

b) достаточный запас меда;

c) хорошую силу;

d) молодую и очень плодовитую матку.

Поговорим об этом поочередно.

а) Семенник будет иметь достаточное гнездо, если отстроит соты на 7 вершков (31,15 см), и хотя бы таких сотов было у него не более шести, он может с успехом перезимовать. В крайности, пчелы могут перезимо­вать даже в гнезде длиною в 6 вершков (27,7 см). Но чем длиннее соты, тем лучше, ибо тем теплее будет гнездо, и тем больший слой меда будут иметь пчелы над собою, и, стало быть, легче им подыматься зимою вверх за медом на тех самых сотах, на которых сидят, и они лучше перезимуют. Напротив, если гнездо короткое, короче 6 вершков, или хотя бы сотов было и двенадцать один возле другого, такое гнездо будет холодно и не­хорошо, ибо пчелы, съев мед в одном соте, должны переходить на следу­ющие, а этот-то переход именно и пагубен для них, потому что они зиму­ют на дворе, и если настанут сильные морозы, то они во время перехода сильно осыпаются, а часто и совсем погибают, как это видим нередко в длинных лежаках, которые действительно заработали значительное про­странство, но короткими сотами. В теплом зимовнике не вредит и корот­кое гнездо, ибо в тепле легко перейти пчелам с сотов на соты; но когда они зимуют на дворе, то должны иметь гнездо не менее 6 или 7 вершков длины, если хотите, чтобы они хорошо перезимовали.

Что же касается самих сотов, то нет необходимости обращать вни­мание на их молодость и белизну — это вещь второстепенная, ибо, как я не раз уже говорил, соты даже многолетние, хотя бы почернев и затвер­дев, нимало не вредны; я предпочитаю несколько летнее, но достаточное и теплое гнездо одногодичному белому, недоработанному и холодному. Если предстоит выбор между хорошим гнездом — молодым и старым, очевидное первенство принадлежит молодому, ибо надобно думать и об обновлении пчел в пасеке; но оставлять гнездо недоработанное только потому, что оно молодое, было бы нерассудительно. Гнездо с прошло­годними и с двухлетними сотами будет во всех отношениях лучшим, бу­дет даже гораздо теплее на зиму и на весну, нежели гнездо данного года из молодых белых сотов, как у роев натуральных и искусственных, в особенности позднейших.

Надобно также обращать внимание, чтобы у семенника гнездо было по возможности только пчелиное, без трутневых сотов; где же последних много и достают они до головы, такого семенника не оставляйте, ибо хотя это и нимало не повредит ему зимою, но повредит на будущий год, так как будет в нем много трутней и мало меда. Если же трутневые соты не идут от самой головы, а только внизу или сбоку, и можно их убрать весною, то ни в чем не повредят семеннику.

Ь) Хороший семенник должен иметь такой запас меда, чтобы мог про­кормиться зимою, а на весну чтобы оставалось у него хоть два што­фа (2,4 л) или не менее одного штофа (1,23 л) меда в улье. Потребление же меда не всегда и не во всех семьях одинаково и зависит от многих обстоятельств. Пчелы, зимующие на дворе, съедают гораздо больше тех, кото­рые зимуют в теплом зимовнике; семье со значительною силою нужно больше, нежели семье с силою меньшею; чем продолжительнее и суровее зима, тем больше надобно меда. Наконец и сам мед не всегда одинаков. Собранный в сухое и жаркое лето, он намного сытнее, и его гораздо ме­ньше требуют пчелы, нежели меда, собранного в мокрое лето, который бывает жидок и не настолько сытен. Соображая все эти обстоятельства, я распределяю запас зимовки для семенника следующим способом.

Для семьи, зимующей в теплом зимовнике, достаточно будет гарн­ца меда на зиму; но в холодном зимовнике нужно в полтора раза больше; для зимующих же на дворе необходима двойная пропорция. Очень силь­ные семьи, например лежаки, требуют даже три гарнца (9,84 л) меда на зиму. Это самое меньшее, если семья должна быть обеспечена от голода зимою и выйдет еще с запасом на весну*.

 

*Зимние запасы меда в семьях пчел должны составлять 20—25 кг, в районах Севера, Сиби­ри и Дальнего Востока — 30 кг. При выставке весной для развития семья пчел должна иметь 8-14 кг меда и 2-3 рамки (3200 см²) с пергой.

 

У кого легкие ульи, тот может свесить* их перед осадкою пчел и обозначить вес на ульях, а свесивши семенник осенью в начале сен­тября можно определить запас меда.

 

*На пасеках надо иметь весы для контрольного улья.

 

На пчел, воск и пергу считается 6—8 фунтов, смотря по силе семьи и расплода, — а что будет больше – это вес меда. Исключив вес порожнего улья, я определяю для семен­ников: для зимующего в теплом зимовнике —10-20 фунтов, для зиму­ющего в холодном – 26-28 фунтов, а на дворе — самое меньшее 32-36 фунтов. Вес это львовский.

Знаю очень хорошо, что иногда семья перезимует в зимовнике со штофом, а на дворе с двумя или тремя штофами меда; но знаю из опыта и то, что очень часто погибают с голода и такие семьи, у кото­рых был запас вдвое и втрое больше. Поэтому лучше оставлять всегда меда сверх потребности, нежели мало. Наконец, если бы семья имела и большой излишек меда, он не потратится никогда зимою, а что ока­жется сверх меры, можно будет забрать весною; но если у семьи не хватит только одной ложки меда зимою, то она погибнет с голода. Поэтому при выборе семенника я советую держаться вышеуказанно­го размера.

Но не следует также оставлять на семена слишком тяжелых се­мей, наполненных медом сверху донизу, ибо при такой массе меда пчелам холодно зимою, а весною негде им распространиться с распло­дом, и оттого они поздно забирают силу. Наконец жаль и пасечнику лишиться без надобности нескольких гарнцев меда. Такие тяжелые ульи лучше предназначать на убой, а на семена оставлять семьи, у ко­торых вышеизложенный запас меда, или надо брать излишек меда в тяжелых.

Каким образом освидетельствовать в семье запас меда, я говорил уже при весенней ревизии.

с) Третье условие хорошего семенника—добрая сила, т.е. ему необхо­димо столько пчел, чтобы в половине сентября видно было их еще под низом заноса, а в первых числах октября – что они заложили в гнезде, по крайней мере пять сотов или шесть улочек. Ибо если пустите на зиму семью со слабою силою, то на весну она выйдет еще слабее, ибо зимою все­гда утратит немало пчел*.

 

*Пространство между соседними рамками с сотами улья (улочка) при стандартной рамке 435×300 мм содержит 25-300 г пчел. Сильная семья при сборке гнезд на зиму имеет 10 (2,5 кг пчел) или больше улочек, а весной 9 (2,3 кг). Семья, занимающая осенью и весной меньше 6 улочек, относится к слабой.

 

Семьи, зимующие на дворе, требуют большей силы, чтобы могли вы­держать морозы. Но остерегайтесь добавлять семенникам излишнюю силу. Конечно, это не повредит семьям, зимующим на дворе, но если по­ставить их в теплый зимовник, то при большой силе они могут задохнуться или заболеют и осыпятся*.

 

*Большая сила не повредит в зимовнике, если только пчелам будете давать воду.

 

Если бы при браковке у семенника оказался один только недостаток — малая сила, то это неважно, ибо легко вам бу­дет подкрепить его пчелами, или расплодом из выбракованных семей, как об этом говорится ниже.

d) Четвертое условие хорошего семенника — добрая, не старая и отлич­но плодовитая матка. Это самое важное условие, и помните хорошенько, что какую матку пустите в зимовку, такая и семья будет на весну.

Если оставите на зиму семью с плохою или старою маткою, то хотя бы она была самой мёдной и сильной и хотя бы отлично перезимовала, из нее выйдет мало прока на будущий год; ибо старая матка или погибнет весною, или не быв достаточно плодовитою, мало будет сеять, и семья не скоро оправится и не будет совсем роиться или начнет давать рои уже поздно. Поэтому не оставляйте никогда старую матку или неплодо­витую, которая мало накладывает яиц.

Для знания возраста каждой матки вы, осаживая рой в улей, напи­шите на шесте, нарочно гладко отесанном, год ее рождения; и когда впо­следствии она выйдет с роем и попадет в другой улей, перенесите за ней и ее метрику. Тогда у вас на каждом улье обозначится возраст матки и вам легко будет выбирать самых молодых на семенники*.

 

*На пасеке каждая семья пчел нумеруется; возраст матки, и результаты осмотра семей за­писываются в специальном журнале пасеки.

 

Но недостаточно, чтобы матка была молодая, выбирайте из них для семенников еще и плодовитую. Плодовитость матки узнается из многочисленности расплода в улье, в особенности если последни