Известный пчеловод-рационализатор дает советы не только начи­нающим пчеловодам, но и всем ценителям меда. Прочитав книгу, вы сможете без труда отличить натуральный мед от подделки, узнаете о целебной силе сезонного меда, о свойствах ею цветочных видов, о ме­тодах получения и хранения меда.

Вы сможете самостоятельно организовать пчелиное «жилище», уз­наете, как строить прогнозы погоды по поведению пчел.

Рецепты народной медицины научат использовать мед для лечения различных недугов.

ПРЕДИСЛОВИЕ

Пожалуй, не надо никого особенно убеждать, что мед — ценнейший продукт, который дарит нам Ее Величество Природа.

Этот бесценный подарок достается нам от цветущих рас­тений. Мать-и-мачеха, одуванчик, малина, липа, кипрей (иван-чай), пустырник — да ведь это самые что ни на есть знаменитые лекарственные растения! Ну а прибавьте сюда медуницу лекарственную, валериану лекарственную, мелис­су лекарственную, шалфей лекарственный. Вспомните еще калину и рябину, боярышник и смородину, донник и дягиль, душицу и лопух и, конечно, сделайте вывод, что мед несет в себе целительную силу, собранную пчелами с луго­вых, полевых и лесных растений, эта целительная сила при­ходит в пчелиный улей в самом концентрированном виде — в виде нектара.

Но не только сам нектар, а вместе с ним непременно в каких-то количествах пыльца различных растений и клей-бальзам — прополис (и пыльца, и прополис тоже присутст­вуют в откаченном меде) придают меду его целительные свойства.

Нектар с цветов в улей пчела несет в своем зобике. Пчела-сборщица доставляет нектар в улей и тут же передает его другой пчеле-труженице, а та помещает эту крошечную ка­пельку бесценного вещества в ячейку пчелиного сота. Нек­тар еще жидок — это еще не мед. В нектаре пока много во­ды. Эта вода должна испариться.

А испаряется вода из нектара не сама по себе. Нектар, доставленный в улей, — будущий мед — пчелы то и дело пе­ремещают с места на место, разливают по новым, еще пус­тым сотовым ячейкам, по полочкам рамок. И только тогда, когда нектар совсем загустеет, пчелы несут его в те соты, где он вскоре будет запечатан восковой крышечкой-забрусом, и только тогда станет называться медом.

Но до этого каждая капелька цветочного нектара, до­ставленная в улей, по нескольку раз (примерно 8 раз, как утверждают ученые) побывает в зобиках у разных пчел. Вот тут-то с будущим медом и начинают происходить очень сложные превращения.

Вы, пожалуй, слышали или читали, что сахар, тот самый сахар, с которым мы обычно пьем чай, нередко называют продуктом тяжелым, а то и опасным для нашего организма. Мне в свое время приходилось встречать и такое определе­ние сахара — белая смерть. В чем же дело?

Дело в том, что вещество, придающее обычному сахару сладкий вкус, сахароза. А сахароза нашим организмом непосредственно не усваивается. Сахароза — так называе­мый сложный (тростниковый) сахар. А нашим организмом непосредственно усваиваются только простые сахара: плод­ный сахар — фруктоза и виноградный сахар — глюкоза. А для того, чтобы сахароза превратилась во фруктозу и глюко­зу, нашему организму необходимо совершить значительные усилия — для этого процесса потребуется не только опреде­ленная энергия, но прежде всего ферменты, особые биоло­гические вещества. Вот и получается: чем больше мы по­требляем сахара (сахарозы), тем разорительнее для организ­ма эта наша страсть к сладкому. Это-то обстоятельство и дало основание серьезным ученым назвать сахар, идущий обычно в нашу пищу, именно белой смертью, ибо потреб­ление такого сахара подрывает жизненные силы организма и сокращает его ресурс.

А вот мед, подаренный нам пчелой, почти не содержит сахарозы. Сахароза наполняет собой нектар, принесенный пчелой в улей. Но в процессе превращения нектара в мед сахароза нектара под воздействием ферментов пчелы пре­вращается в простые сахара: фруктозу и глюкозу. Вот тут-то мы с вами и должны еще раз поклониться пчеле-труженице: она не только доставила нам драгоценный нектар — целеб­ную силу растения, но и переработала его, затратив свою энергию, отдав свои жизненные силы, свои ферменты, чтобы, в конце концов, мы с вами смогли вместе с целительной силой растений получить и простые сахара, которые усваи­ваются нашим организмом без особых усилий.

Вот это и есть мед: целительные силы растений плюс простые сахара — щедрый подарок пчелиной семьи…

Все когда-то и было именно так, именно такой мед и по­лучали люди до тех пор, пока от деятельности человека не пострадала заметно природа. Пока на наши луга, поля и ле­са не опустилась различная «экологическая грязь» от завод­ских труб и автомобилей. Вот тут-то нектар, собранный пчелами с цветущих растений, нет-нет, да и стал оборачива­ться из эликсира жизни в беду, опасность — ведь пчела вме­сте с нектаром и пыльцой приносит в улей всю ту «грязь», которая либо оседает на растениях, либо собирается расте­ниями из воздуха, воды, почвы.

Ну, а вместе с этой бедой (а возможно, и еще раньше) явилась и другая — нет-нет, да и объявляются среди пчело­водов и торговцев медом люди не очень честные, а то и просто нечестные, которые вместо меда натурального, со­бранного с цветущих растений, могут предложить вам либо что-то похожее на мед, но не имеющее ни к меду, ни к пче­лам никакого отношения, либо так называемый мед-сахар, когда вместо цветочного нектара пчелам по воле хозяина приходится перерабатывать в так называемый мед сахарный сироп.

Вот эти и другие похожие обстоятельства нынешней жизни и побудили меня, как говорится, взяться за перо и постараться показать вам всю ту истинную правду о сегод­няшнем меде, которая известна мне. А попутно и подска­зать, как же все-таки не обмануться, как же все-таки запо­лучить настоящий мед, мед натуральный и обязательно эко­логически чистый.

А чтобы вы поверили моим словам, сообщу, что в своей работе на пасеке я всегда стараюсь придерживаться такого правила: только честный и грамотный пчеловод имеет право предложить кому-то мед от своих пчел.

С уважением крестьянин-пчеловод и писатель-натуралист Анатолий Онегов.

 

МЕД: НАТУРАЛЬНЫЙ? ОТБОРНЫЙ? ЭКОЛОГИЧЕСКИ ЧИСТЫЙ?

Кто интересуется медом, что продается в продовольст­венных магазинах, кто заглядывает в торговые ряды кол­хозных рынков, где выставлен в разнокалиберных баноч­ках мед, собранный, как утверждается продавцами, с са­мых разных растений, кто посещает хотя бы изредка пави­льоны бывшей ВДНХ в Москве, где, кажется, собран мед со всех концов России, тот обязательно отмечает для себя, да и надолго запоминает, как рекламирует мед наша тор­говля.

У всех, без исключения, продавцов мед обязательно НА­ТУРАЛЬНЫЙ. Но порой кому-то утверждения, что данный мед обязательно натуральный, бывает мало, и тогда появля­ется новый элемент рекламы — МЕД ОТБОРНЫЙ. Причем тут же указывается, что этот мед привезен сюда для прода­жи с пасеки такого-то конкретного пчеловода. Например: мед отборный, с пасеки председателя областного общества пчеловодов… (и далее следуют фамилия и инициалы пчело­вода-старателя).

МЕД НАТУРАЛЬНЫЙ, МЕД ОТБОРНЫЙ – это дав­нишняя торговая оценка качества меда. А вот не так давно рядом с медом натуральным и отборным появилось и еще одно утверждение — МЕД ЭКОЛОГИЧЕСКИ ЧИСТЫЙ или МЕД СОБРАН В ЭКОЛОГИЧЕСКИ ЧИСТЫХ МЕС­ТАХ.

Вот для того, чтобы вы могли ориентироваться в мире самого разного меда, предлагаемого покупателям, давайте разберемся, что же такое мед натуральный, мед отборный и мед экологически чистый.

МЕД НАТУРАЛЬНЫЙ?

Мед натуральный — это мед, собранный с цветущих рас­тений и никоим образом не испорченный пчеловодом, а также не фальсифицированный, т. е. не подмененный чем- то иным.

А такую подмену весьма легко можно произвести.

Мед фальсифицированный.

Нередко пчеловоду приходится выручать своих пчел из беды — приходится подкармливать их, когда по каким-то причинам в улье нет в достатке меда, а погода не позволяет пчелам отправиться за нектаром или не способствует тому, чтобы цветы растений выделяли нектар (холод, дожди).

Лучший корм для пчел, конечно, мед. И пчеловод, дума­ющий о своих питомцах, какое-то количество меда всегда сохраняет на крайний случай и этим медом и выручает пчел, попавших в беду.

Но не всегда даже у хорошего пчеловода может оказаться нужное количество меда, например, в начале лета, когда прошлогодний мед подошел к концу, а новый еще не со­бран, не откачен. Но как раз тут-то и начинают обычно вы­ходить из ульев рои — пчелы начинают по-своему размно­жаться, увеличивая число семей. Во время роения часть пчел покидает улей и отправляется на новое местожительст­во, оставляя старый дом оставшимся на месте собратьям.

Пчелы, собравшиеся покинуть свое прежнее жилище и отправиться обустраивать новое, перед вылетом из улья, пе­ред дорогой, запасаются медом — наполняют свои зобики кормом, которого, как утверждает наука, хватает им дня на три. А дальше?  А дальше — собирайте нектар с цветов. Но вот незадача: рой вышел из улья, отправился в дорогу в яс­ный, теплый день, успел обосноваться в новом для себя жи­лище, а уже назавтра нагрянула непогода: дождь и холод. И так весь второй день после выхода роя, затем третий, а там и четвертый. Пчелам надо срочно обставлять новый дом — строить соты. Пчелы усиленно работают, значит, им требу­ется много меда-корма, но запасы меда, взятые с собой и рассчитанные всего на три дня, подходят к концу, а погода не улучшается… Вот тут-то и выручает пчел пчеловод.

Конечно, и без помощи человека пчелы, только что по­селившиеся в новом жилище, в конце концов, могут вы­жить — они самоотверженно будут хранить свою царицу — пчелиную матку, будут прорываться через непогоду на поис­ки пищи, будут гибнуть в дороге-поиске и хоть с большими потерями, но дотянут до погожих дней. Но, увы, уже не тот прежний, большой сильный рой, который несколько дней тому назад отправился в дорогу, останется теперь в новом доме после подобного испытания. Так что помощь пчелам со стороны человека в таких крайних случаях очень необхо­дима.

Ну а если ко всему прочему у пчеловода не остается в за­пасе нужного количества меда? Вот тут-то он и готовит для своих подопечных корм — разводит в горячей воде сахар, а затем разливает теплый сахарный сироп по кормушкам.

Сахарный сироп для пчел готовится достаточно густым, часто похожим на жидкий, только что откаченный из сотов свежий мед. И на вкус он так же сладок. Ну а если к этому сахарному сиропу добавить хотя бы немного меда (обычно пчеловод так и поступает, когда меда у него совсем мало), то полученный таким образом корм для пчел будет совсем напоминать жидкий мед: и сладкий он, и с определенным медовым запахом.

Попробуйте сами приготовить совсем немного такого са­харного сиропа и вы убедитесь в верности только что ска­занного.

Ну а если этот сироп чем-то еще немного и загустить и выдать доверчивым людям за мед, то, уверяю вас, не все сразу разберутся, что перед ними фальсификация, обман.

Я не знаю точно, когда именно таким вот грязным про­мыслом начали заниматься у нас, на Руси, и занимались ли вообще очень широко в прежние времена, а вот свидетель­ства о процветании такого бизнеса в Америке еще в середи­не прошлого века у меня есть:

«Поддельный и фальсифицированный мед весьма обы­чен на наших рынках. Обычно применяемым веществом яв­ляется обыкновенный сахар, разведенный водой в виде си­ропа и сдобренный различными ароматическими вещества­ми. Этот препарат обычно смешивается с настоящим ме­дом, и на практике этот способ настолько распространен, что весьма мало можно найти «чистого меда», который был бы действительно чист».

Это утверждение сделано в 1861 году в Америке и приве­дено в «Энциклопедии Пчеловодства» А. И. и Э. Р. Рута, изданной на русском языке в Ленинграде в 1927 году. В этой же «Энциклопедии Пчеловодства» рассказывается и о том, как фальсифицированный мед позже вынужден был отступить:

«Возможно, что это описание оставалось верным до из­дания закона о чистоте пищевых продуктов, который всту­пил в силу с 1 января 1907 года. Но как раз перед этим вре­менем спускной мед стал меньше подвергаться фальсифи­кации, чем это было прежде, отчасти ввиду законов, издан­ных многими штатами относительно продуктов питания, а главным образом ввиду усовершенствования химических способов исследования, легко обнаруживающих фальсифи­кацию глюкозой, сахарным сиропом и т. п. Начиная с 1910 года всякая фальсификация меда практически прекратилась и теперь можно быть уверенным, что всякий покупаемый мед — есть чистый мед».

Увы, все это говорится о Соединенных Штатах Америки, где обман покупателей, желающих приобрести натуральный целебный продукт, прекратился еще в самом начале века. А существуют ли какие-нибудь законы по части подобного бизнеса в нашей стране? Честное слово, не знаю. Но, на­верное, все-таки пока не существуют, ибо до сих пор такой фальсифицированный мед довольно-таки просто приобре­сти у случайных продавцов, предлагающих свой продукт у станций метро, а то и разносящих его прямо по квартирам: мол, купите хороший мед — очень недорого.

Совсем недавно пришлось услышать мне уже не о слу­чайной встрече с подобным обманом, а о целом производ­стве обманного «меда». В Ярославской области, в районе, где издавна держат (и в большом количестве) пчел, где мно­го меда и где он не так дорог, как на столичных рынках, была задержана некая дама, которая поставила производст­во фальсифицированного меда на широкую ногу и успешно конкурировала тут с доморощенными пчеловодами, предла­гая свой товар-обман по более низкой цене.

Уж что за продукт готовила эта ловкая дама, я не знаю, но судя по тому, как активно местные власти извещали всех, купивших этот продукт, поостеречься употреблять его в пищу, можно предположить, что на изготовление меда- обмана пошел в данном случае не только сахарный песок.

В самом начале так называемой горбачевской перестрой­ки, когда стала провозглашаться свобода слова, дотошные московские журналисты как-то совершили рейд по восьми московским рынкам, приобрели там продававшийся мед, провели точный анализ своих покупок, а следом сделали и принародный вывод: мол, ни один мед, купленный на вось­ми рынках славной столицы, нельзя называть медом.

К сожалению, отважные рыцари пера ограничились в своих выводах только общими выражениями: мол, все это не мед, — оставив читателям газеты самим искать ответ на вопрос: «А если это не мед, то что же?»

Я тоже задумывался тогда над этим вопросом и могу до­статочно авторитетно утверждать, что мед, купленный жур­налистами на столичных рынках, видимо, никак не был ме­дом фальсифицированным, медом-обманом, т. е. приготов­ленным из сахарного сиропа или, еще хуже, из крахмальной патоки. Наверное, все-таки люди, торгующие на столичных рынках медом, торгующие обычно изо дня в день, вряд ли отважились бы выставлять на всеобщее обозрение такой продукт, о котором мы с вами только что говорили. Тут раз­облачение последовало бы очень быстро. Ведь не только че­ресчур доверчивые люди, не имеющие к тому же никакого опыта общения с настоящим медом, заглядывают в торго­вые ряды. Скорей всего тот продукт, который приобрели журналисты и который, по их словам, оказался вовсе не медом, все-таки был медом, но только медом-сахаром или недозрелым медом. Но о таких медах мы поговорим чуть попозже. А пока запомните главное: хоть и слышали вы только что от авторов американской «Энциклопедии Пче­ловодства», что уже с начала века существовали химические способы исследования, которые легко обнаруживают фаль­сифицированный мед, но знайте, что провести такой анализ тут же, как говорится, не отходя от кассы, практически не­возможно, а потому победа в таком «соревновании» доста­нется не вам, а тому ловкому продавцу, который всучил вам вместо меда какой-то иной продукт. И только дома и то другой раз далеко не сразу смогут зародиться у вас сомне­ния: мед ли перед вами вот в этой банке? А потому запом­ните как следует: НИКОГДА НЕ ПОКУПАЙТЕ НИКА­КОЙ МЕД У СЛУЧАЙНЫХ ЛЮДЕЙ.

А если такая покупка все-таки совершится, то дома, при наличии у вас марганцовки, можно попытаться определить: пошел ли на изготовление вашего «меда» крахмал или нет? Как помните из уроков химии, капля йода, попавшая на крахмал, окрашивает его в синий цвет. Если ваш мед так же реагирует на каплю йода, можете сразу подтвердить худшее: перед вами вовсе не натуральный мед.

Ну а чтобы разоблачить сахарный сироп, выданный вам за натуральный мед, придется где-то сделать более точный анализ вашего продукта — в этом случае вам придется опре­делять наличие в приобретенном продукте глюкозы и фрук­тозы (в меде и глюкозы, и фруктозы должно быть более 30%, а сахарозы, сложного сахара, обычно никак не больше 7%). Но и такой анализ еще не даст ответ на вопрос: нату­ральный ли мед перед вами. Вам придется делать и другие точные химические анализы, разыскивая в вашем продукте те составляющие вещества, которые должны содержаться в натуральном меде. Все это, разумеется, не очень просто и не очень доступно каждому человеку.

Иногда предупреждают, что, покупая жидкий мед (а фа­льсифицированный мед всегда жидкий, ибо он не обладает способностью кристаллизоваться, как мед не фальсифици­рованный), обратите внимание: нет ли на дне банки какого- либо осадка. Если осадок отмечен, откажитесь от покупки. Обратите внимание: не расслаивается ли облюбованный ва­ми жидкий мед. Если в банке заметны слои, отойдите в сто­рону.

Я только что подчеркивал, что фальсифицированный мед всегда жидкий (не закристаллизовавшийся), а потому и выдается он за свежий, недавно откаченный мед. И конеч­но, такой «свежий, только что откаченный мед» обычно и продают в конце лета или в начале осени. Если вам предло­жат такой жидкий мед позже, в конце осени, а то и по зиме, можете почти со стопроцентной уверенностью сказать, что перед вами фальсификация: обычно к зиме почти все сорта натурального меда кристаллизуются (как говорят пчелово­ды, садятся) в той или иной степени. В это время жидкого натурального меда вы, как правило, не встретите.

Подтвердить догадку, что «мед», приобретенный вами, вовсе не натуральный, а фальсифицированный, вы сможете и в том случае, если свой «мед» сразу не употребите по на­значению, а оставите какое-то время постоять. Как уже го­ворилось, натуральный мед к зиме обычно садится (крис­таллизуется). Если же ваш «мед» и к этому времени остается все еще жидким, то ответ ясен: вас скорей всего жестоко обманули.

Вот, пожалуй, и все основные сведения, которые необхо­димы вам, чтобы не заполучить мед фальсифицированный: сахарный сироп, крахмальную патоку или еще какой-нибудь подобный эрзац-продукт.

Ну а теперь продолжим путешествие и разберемся, преж­де всего, для своей же пользы, что такое мед-сахар.

Мед-сахар, как и сахарный сироп, который пытаются выдать за мед, готовится из того же самого сахара, который у нас с вами каждый день на столе. Но если сахарный сироп может приготовить каждый из вас, то мед-сахар готовят только пчелы.

Мед-сахар, например, готовят для себя те пчелы, кото­рые во время роения покинули прежнее жилище, посели­лись в новом и оказались «арестованными» по причине не­годной погоды. Таких пчел, попавших в беду, мы с вами, как помните, и подкармливали сахарным сиропом.

Сахарный сироп пчелы обычно согласно принимают и тут же начинают готовить из него мед точно так же, как и натуральный мед из нектара, собранного с цветущих расте­ний. Они точно так же размещают капельки сиропа по ячейкам, точно так же переносят с места на место, разлива­ют по полочкам рамок, чтобы испарилась лишняя влага и чтобы сироп загустел, а загустевший сироп запечатывают крышечками-забрусом. И попробуй догадайся тут, что под этими восковыми крышечками-печатками: натуральный мед или мед-сахар.

В той же самой американской «Энциклопедии Пчело­водства», которую я уже цитировал, был дан и совет, как избежать обмана при покупке меда, как оградить себя от фальсифицированного меда: «Кто ищет чистый мед, должен покупать его в сотах».

Как готовят пчелы мед в улье, мы с вами уже знаем. Приготовленный мед пчелы запечатывают крышечками-за­брусом — в таком виде мед в улье и хранится… Мед, запеча­танный в восковых ячейках, называется сотовым. Пчеловод же обычно, вынимая из улья мед в сотах, откачивает его на медогонке (спускает), предварительно срезав специальным ножом крышечки-печатки. Мед, откачанный из сот на ме­догонке, называется центробежным, или спускным. Спуск­ной (центробежный) мед какое-то время после откачки остается жидким (далее он кристаллизуется — садится). Вот как раз за такой жидкий (свежий) спускной мед и выдают порой различные фальсифицированные меда. Может, и хо­тели бы нечестные люди разлить свой мед-обман по сото­вым ячейкам, а там и запечатать его восковыми крышечка­ми, чтобы избежать как-то обвинений в мошенничестве, но сделать этого не могут, ибо приготовить сотовый мед под силу только пчеле.

Под силу пчеле, как мы только что видели, приготовить сотовый мед и из сахарного сиропа. И таким, как я его на­зываю, медом-сахаром пчелы порой и выручают, поддержи­вают себя и не только тогда, когда негодная погода вдруг запирает в домике только что вылетевший пчелиный рой. Еще в самом начале своего занятия пчеловодством приш­лось мне выручать из более серьезной беды молодые пчели­ные семьи. А случилось вот что.

Две пчелиные семьи привезли мне в самом конце июня. Жил я тогда на берегу северного озера, посреди леса-тайги, развел возле своего домика небольшой сад, ну а к саду, ко­нечно, надо бы и пчел. И пчелы прибыли ко мне, совер­шив долгое и трудное путешествие. Одна семья успешно пе­ренесла все дорожные испытания, а другая прибыла ко мне с потерями. Но я не расстраивался. Северное лето только- только начиналось, кругом все цвело, благоухало, и очень скоро мои пчелы обжились на новом месте, залечили свои раны, а там и вспомнили о том, что вообще-то пчелам по летнему времени полагается размножаться-роиться.

Конечно, я никак не ожидал, что в самом конце июля у меня на пасеке начнется праздник-роение — теплое время года подходило к концу, и хоть цвел еще вовсю кипрей (иван-чай), наш главный медонос, но и этому щедрому на нектар кипрею было отпущено впереди совсем немного вре­мени. Вылети сейчас из улья рой, отделись от прежней семьи пчелы, пожелавшие строить собственное хозяйство, и вряд ли такой запоздавший рой успел бы до холодов запастись кормом, которого хватило бы на всю долгую северную зиму.

Словом, даже строгая логика жизни пчелиной семьи ни­как не подсказывала мне, что накануне близкой осени мои пчелы начнут роиться. Но что-то вмешалось в эту строгую ло­гику, помогавшую пчелам выживать даже здесь, на севере, — видимо, сказался переезд с места на место, потери в дороге — но только мои пчелы стали роиться в самом конце июля…

Первый, самый ценный рой я упустил — я не ждал его, не находился возле ульев все время, как положено в роевой период, и пчелы, покинувшие свое прежнее жилище, не до­жидаясь меня, улетели в лес. Конечно, можно было бы остановить на этом роение — сделать это достаточно про­сто, но что-то дурное вселилось в меня, и я, следуя капризу моих подопечных, которые решили почему-то поступить вопреки всякой логике, не стал вмешиваться в жизнь пчел и, в конце концов, дождался еще двух роев.

Рои я благополучно собрал и поместил в заранее приго­товленные для них домики. И пчелы приняли новые жили­ща, и тут же, как и полагается молодым семьям, азартно принялись за работу. Они носили в улей клей-прополис, чтобы заделать все щелочки в своем доме и прикрепить этим клеем к стенкам улья рамки с вощиной, которые я им поставил, носили нек­тар и пыльцу. И если пчелы в старых моих семьях, уже за­пасшиеся на зиму медом, летали теперь за взятком не так усердно, как совсем недавно, то пчелы, обустраивающие свои новые жилища, трудились с утра до ночи.

И все было бы хорошо, если бы теплая погода постояла у нас, хотя бы до конца августа. Но, увы, север есть север, хо­лода тут являются разом, без особых предупреждений. И уже в первой половине августа погода «арестовала» моих пчел — ночной морозец погубил все цветы и остался у нас дальше неуютным холодом до густых, кислых дождей сен­тября. Словом, над молодыми пчелиными семьями нависла угроза — корм на зиму они не успели запасти.

Пчел надо было выручать, и я принялся каждый день гото­вить сахарный сироп, о котором уже рассказывал, и угощать этим сиропом своих пчел-бедолаг. И работа в ульях закипела. Каждый вечер я наполнял кормушки теплым сиропом, а к утру обнаруживал, что весь сироп из них пчелами взят.

Вот так изо дня в день я и скармливал пчелам сахар, скармливал до тех пор, пока не израсходовал все свои запа­сы — на каждую молодую семью пришлось в тот раз 15 кг сахарного песка.

Выживут ли мои пчелы на меде-сахаре? Такой вопрос я себе тогда, по-моему, и не задавал, так как слышал до этого, что на сахаре пчелы иной раз зимуют куда лучше, чем на дру­гом натуральном меде. А бывает это в тех случаях, когда на зиму пчелам достается, например, мед, собранный с сурепки.

Мед, собранный с сурепки, как и с других растений се­мейства крестоцветных, очень быстро садится (кристаллизу­ется). И быстро садится он не только тогда, когда откачен из сотов, но и в сотах (в запечатанных ячейках), хотя в за­печатанном виде, в сотах, мед, собранный с большинства цветущих растений, долго не кристаллизуется. И только на таком жидком, не закристаллизовавшемся меде пчелы и мо­гут успешно перезимовать, дождаться весны.

Пчелы с наступлением холодов собираются в плотный клуб, который располагается на сотах, где запечатан мед. Нет, пчелы зимой вовсе не спят, не постятся, как, напри­мер, медведь или барсук — они ведут достаточно активный образ жизни: они согревают сами себя, свой клуб и матку — царицу пчелиной семьи, находящуюся внутри клуба, Ну а для того, чтобы согревать себя да еще посреди суровой зи­мы, пчелам требуется энергия, а стало быть, и пища-корм. И пчелы всю зиму питаются — едят мед, который сами для себя запасли. Они распечатывают соты — сгрызают воско­вые крышечки-забрус и добираются до меда.

Вскрывают восковые кладовые и пользуются их со­держимым те пчелы, которые находятся непосредственно на сотах, внутри клуба. А пчелы, которые находятся в это вре­мя снаружи, плотно прижавшись друг к другу, собой, свои­ми крошечными тельцами хранят жизнь-тепло, которая ак­тивно проявляет себя в середине клуба.

Такая работа — охрана жизни, сохранение тепла внутри живого клуба, конечно, трудна и выдержать ее длительное время пчелы не могут, а потому в зимнем пчелином клубе и происходят постоянные перемещения: пчелы, подкрепив­шиеся медом, согревшиеся на сотах, перебираются наружу и занимают место своих товарищей, которые почти окоче­нели, а теперь вот, после смены, отправляются внутрь клу­ба, в тепло, к корму, чтобы прийти в себя, подкрепиться, а там снова вернуться к своей очень тяжелой работе.

Теперь представьте себе, что произойдет, если в сотах, на которых зимует пчелиный клуб, не окажется жидкого, гото­вого к употреблению меда, а вместо него под восковой крышечкой-забрусом будет севший, закристаллизовавшийся мед, который просто так, не разведя водой, не доведя его до жидкого состояния, пчела не может употребить в пищу…

По теплому времени такой мед, закристаллизовавшийся прямо в сотах (а подобное происходит со временем в тех же дуплах, в лесу, где пчелы живут сами по себе, — после щед­рого лета в дупле остается мед, не использованный пчелами по зиме, а затем и закристаллизовавшийся), никакой опас­ности для пчел не представляет. Пчелы также вскрывают крышечки, закрывающие сотовые ячейки, и начинают раз­водить кристаллы меда водой, которую приносят к себе в улей, а там с удовольствием и пользой для себя этот корм и потребляют. Но такое возможно только весной, летом. А зимой в улье нет воды, нечем развести севший мед, нечем растворить твердые кристаллики.

Вот почему пчелы, которым достался на зиму закристал­лизовавшийся, севший мед, и остаются без пищи, а значит, гибнут. И чтобы не допустить такой беды, пчеловоду и при­ходится заменять в ульях мед, способный быстро сесть даже в сотах, чем-то иным. Хорошо когда у вас есть в запасе соты с добротным медом — тогда рамки с таким медом ставят на место изъятых. А если подобного резерва нет, то на помощь и приходит сахарный сироп.

Не годится на зиму для пчел и мед, собранный с подсол­нечника — он тоже быстро кристаллизуется даже в сотах, и его надо удалять из улья и заменять чем-то иным.

Не оставляют пчелам на зиму и мед, собранный с вере­ска. Хотя этот мед и не кристаллизуется в сотах, но считает­ся очень тяжелым кормом для пчел — пчелы на нем зимуют плохо, выходят из зимовки слабыми, больными.

Не годится для зимнего питания пчелам и падевый мед — пчелы на нем зимуют тоже очень тяжело. И падевый мед надо удалять из улья. (О падевом меде мы еще поговорим поподробней.)

Вот видите, как часто приходится пчеловоду вспоминать о сахарном сиропе для пчел, а там и оставлять их зимовать не на натуральном меде, а на меде-сахаре.

Так что же все-таки это такое мед-сахар и чем отличает­ся он от меда натурального?

Вы, конечно, помните, как мы с вами дважды кланялись нашей пчеле-труженице, благодаря ее первый раз за то, что она доставила нектар — всю целительную силу растений, а второй поклон пчеле был в знак благодарности за фруктозу и глюкозу, т. е. те простые сахара, которые усваиваются нашим организмом без особого труда и особых потерь. Мы благода­рили пчелу за то, что она приготовила нам из сахарозы некта­ра (такая же сахароза и в пищевом сахаре) эти простые сахара.

Так вот, потребляя мед-сахар, т. е. продукт, приготов­ленный пчелой из сахарного сиропа, а не из нектара, со­бранного с цветов, мы с вами поклонимся пчеле только один раз — мы скажем ей спасибо за то, что вместо сахаро­зы она преподнесла нам фруктозу и глюкозу. А вот целите­льной силы цветущих растений в меде-сахаре, увы, нет. И здесь никак нельзя обманывать себя, что такой вот мед-сахар, приготовленный пчелой из сахарного сиропа, избавит нас от простуды, как избавляет, например, мед, собранный с цветущей липы, или повысит гемоглобин, как повышает гемоглобин, например, гречишный мед.

Увы, и пчелы, которым достался на зиму только мед-сахар, видимо, не получают вместе с фруктозой и глюкозой (углеводами) необходимые и им для жизни вещества, содер­жащиеся в нектаре растений. А потому я все же не склонен теперь считать, что зимовка на таком меде-сахаре никакими потерями для пчел не оборачивается, хотя те молодые семьи пчел, с которых я начал этот рассказ, на меде-сахаре выжи­ли, дождались весны и хорошо принялись за работу.

Правда, в каждом пчелином улье, кроме меда, на зиму остается и перга — пыльца, собранная с цветов, это белко­вая пища для пчел. А вместе с пергой пчелам скорей всего достается и что-то от тех целительных сил, которыми обла­дают растения и которых не оказалось в меде-сахаре. Но все равно я остаюсь при своем мнении, а там и материализую свой взгляд на практике, оставляя на зиму своим пчелам только натуральный мед, что мед-сахар, в конце концов, не самый лучший корм для живых существ, жизнь которых из­начально строилась только на меде натуральном, на меде- нектаре, собранном с цветущих растений.

Мед был одной из главных основ эволюции медоносной пчелы; такое же место мед занимает и сегодня, а потому вы­падение этой основы жизни или ее резкое изменение обяза­тельно скажется на самой жизни, на жизни пчелы.

Вот почему я и не очень приветствую, например, и такой опыт, о котором узнал не так давно из литературы. Страни­цы доставшейся мне книги убеждали меня, что совсем не­плохо вообще исключить из зимнего корма пчел мед нату­ральный, заменив его медом-сахаром, в который добавить какие-то вещества, которые, по данным науки, необходимы пчелам в дополнение к простым сахарам. Мол, тут человек еще и поможет пчелам избежать болезней и т. д. Такой ме­тод содержания пчел, говорилось в книге, якобы очень ши­роко распространен в Финляндии.

Я немного знаю условия пчеловодства в Финляндии, знаю, что в стране Суоми много вереска и что этот вереск цветет самым последним из цветущих растений, цветет дол­го, до самых холодов, и что именно с вереска пчелы, живу­щие в Финляндии, очень часто приносят в ульи много меда. А как вы уже знаете, вересковый мед — это не самый луч­ший мед для зимнего питания пчел. Может быть, именно поэтому финские пчеловоды, желая выручить своих подо­печных из беды, и замещают такой натуральный мед медом- сахаром, а там и добавляют в него еще и еще какие-то по­лезные, нужные пчелам вещества. И я не могу утверждать, что те же финские пчеловоды, окажись они рядом со мной, среди наших лесов и лугов, рядом с нашим разнотравьем и цветущими липами, станут лишать своих питомцев счастья запасти на зиму чудесный мед с наших богатых пастбищ, где нет, разумеется, того самого вереска, который и достав­ляет моим финским коллегам столько забот.

Страница 1 из 1712345678910»»

Оставить комментарий

Кликните для смены кода
Адрес Вашей электронной почты опубликован не будет.
Обязательные поля отмечены звездочкой (*).